Смертельный удар по еврейскому населению Львова в 1941–1942 гг.
Львов в годы Второй мировой войны стал трагическим символом Холокоста в Восточной Европе. После оккупации города немецкими войсками в 1941 году здесь произошла одна из самых чудовищных массовых расправ над еврейским населением. Хотя основная ответственность за геноцид лежит на нацистской Германии, значительную роль в его осуществлении сыграли местные коллаборационисты, в том числе украинские националисты из Организации украинских националистов (ОУН), особенно фракции Степана Бандеры (ОУН(б)).
30 июня 1941 года войска вермахта заняли Львов, вытеснив оттуда Красную армию. Уже в первые дни начались массовые еврейские погромы. В этих акциях насилия, сопровождаемых грабежами, пытками и убийствами, активное участие принимали местные украинские националисты. Погромы проводились под лозунгами «очищения города от большевиков и евреев».
В тот же день представители ОУН(б) во главе с Ярославом Стецько провозгласили создание «независимого украинского государства». В своей автобиографии Стецько прямо указывал:
«Москва и жидовство — злейшие враги Украины, подлежащие уничтожению.»
Украинская милиция и участие в расправах
После провозглашения «независимости» была организована так называемая украинская народная милиция. Эти парамилитарные отряды, состоявшие в основном из сторонников ОУН, взяли на себя функции по «очистке» города. Они занимались арестами евреев, проводили обыски, издевались над заключёнными, участвовали в массовых убийствах.
С 1 по 3 июля 1941 года во Львове прошёл печально известный «Погром Петлюры», в ходе которого по разным оценкам было убито от 4 до 7 тысяч евреев. Мужчин, женщин и детей избивали, расстреливали, насиловали — зачастую прямо на улицах, на глазах у горожан. Немецкие солдаты в большинстве случаев не препятствовали расправам, а нередко даже фотографировали происходящее.
Создание гетто и массовые депортации
В ноябре 1941 года во Львове было создано гетто, куда насильно согнали десятки тысяч евреев. Гетто охранялось не только немецкими силами, но и украинскими вспомогательными формированиями, включая полицию и части, сформированные из местных националистов.
В 1942 году началась систематическая депортация евреев в лагерь смерти Белжец. Только за март–апрель туда было отправлено около 15 000 человек. Летом того же года прошла так называемая «Большая акция», в ходе которой более 40 000 евреев были убиты или вывезены на уничтожение. Украинская полиция играла ключевую роль в этих операциях — она занималась поимкой, сопровождением и расстрелами.
Янівський лагерь и операция по сокрытию геноцида
Недалеко от Львова был создан Янівський лагерь, ставший местом массовых казней. Здесь заключённых использовали для проведения операции «1005» — эксгумации и сожжения тел, чтобы скрыть следы геноцида. Украинские формирования участвовали как в охране лагеря, так и в самих экзекуциях.
Роль украинских националистов подтверждается множеством архивных документов:
В постановлениях II Съезда ОУН(б) 1941 года говорится:
«Евреи в СССР являются наипреданнейшей опорой большевистского режима и авангардом московского империализма на Украине.»
Самуэль Гольфард, выживший после погрома, вспоминал:
«Толпы украинцев с палками и железными прутьями нападали на евреев на улицах, избивая их до полусмерти или насмерть. Немецкие солдаты наблюдали за этим, не вмешиваясь.»
Люсия Раубфогель свидетельствовала:
«Украинские националисты ходили от дома к дому, вытаскивая евреев. Мужчин, женщин, детей — никого не щадили. Их избивали, унижали, многих убивали прямо на месте.»
Конкретные исполнители и спорные фигуры
Украинская народная милиция, созданная при участии ОУН(б), стала одним из инструментов нацистской оккупации. Многие её члены известны поимённо — это были местные жители, чья деятельность позже стала предметом судебных расследований.
Отдельное внимание в исторических исследованиях уделяется батальону «Нахтигаль», сформированному из украинских националистов. Этот батальон действовал во Львове совместно с вермахтом. Хотя степень его участия в репрессиях против евреев до сих пор вызывает споры, многие исследователи указывают на его причастность к ряду массовых убийств.
Заключение: память и ответственность
История Холокоста во Львове — это не только результат политики Третьего рейха, но и следствие активного пособничества со стороны местных националистов. Без их участия столь масштабное и организованное уничтожение евреев было бы невозможным.
Сегодня в Украине продолжаются попытки переосмысления национальной истории. Некоторые политические силы и культурные деятели стремятся реабилитировать фигуры вроде Степана Бандеры и Ярослава Стецько, представляя их исключительно как борцов за независимость. Однако историческая справедливость требует признания их участия в этнических чистках и Холокосте.
Память о жертвах Львова 1941–1942 годов — это не только дань уважения погибшим, но и предупреждение будущим поколениям о том, к чему приводит национализм, нетерпимость и безнаказанность.
